Средневековый замок в городе Корреджо на севере Италии в свое время был родовым гнездом княжеской семьи Корреджини, которая владела этими местами с XI века.
Право чеканки монет Корреджини получили относительно поздно, в 1559 году, от императора Фердинанда I. Императорская грамота — документальное подтверждение пожалованного права — была началом конца славного рода Корреджини.
К тому времени многие влиятельные вельможи Северной Италии, такие как господа Дезана, Фринко, Лаванья, Массерано, Массаньо, Монтанаро, Пассерано, уже давно и прочно вросли в фальшивомонетничество. Многие из них только для того и обзавелись монетными дворами, чтобы подделывать иностранные монеты, а затем «экспортировать» их. Основные «рынки сбыта» находились во Франции, в Швейцарии, Германии, Голландии и даже в Дании. Конечно, эти монеты не были полноценными, иначе прибыль знатных господ была бы неприлично мала. В конце концов изготовление денег было основным источником их доходов.
Неоднократно и с разных сторон слышались обвинения в адрес сиятельных фальшивомонетчиков. Канцелярия императора была вынуждена несколько раз специально заниматься вопросами фалыпивомонетного промысла и принимать меры против предприимчивых князей. Но всегда фальшивомонетчикам с помощью взяток и интриг удавалось выходить сухими из воды, «доказав» свою невиновность.
И вот в этой сплоченной группе появился новичок — Сирус Аустриакус де Корреджо, не вполне законный отпрыск Камилл о де Корреджо от его не освященной церковью связи с...

Январь 1947 года. Париж. Следы фашистской оккупации заметны повсюду. Четвертой республике еще всего два года.
Жизнь в Париже во многом схожа с жизнью в столицах других европейских стран, хотя здесь нет таких удручающих разрушений, как в Варшаве, Берлине или Будапеште. Жизнь берет свое. Все жизненно важные товары рационированы. Французский франк на рынке стоит немного, хотя «маленькому человеку с улицы» не хватает и его. Курс франка к доллару составляет примерно 200 к 1. Торговцы в маленьких уютных лавках на когда-то бурлящих улицах Монмартра или где-то в других знаменитых или безвестных уголках Парижа могут предложить только то, что распределяется по карточкам, или не пользующиеся спросом безделушки. Большинство магазинов вообще закрыто. Из когда-то первоклассных, известных гостеприимством отелей и ресторанов почти не доносится голосов французских шансонье. В развлечениях доминируют джаз, буги-вуги, мелодии Гленна Миллера...
К новому «жизнеощущению» относится также черный рынок, на котором есть все. Бриллиантовые колье, украшения из золота, персидские ковры обмениваются на продукты питания и возбуждающие средства (кофе, табак и пр.). На черном рынке за доллар дают 250 и больше франков. К самым тяжелым последствиям войны относится и массовая безработица. Многие из тех, кто в годы войны боролся в Сопротивлении, видят, что общество платит им холодным безразличием. В эти годы всеобщей послевоенной нужды растет число всякого рода мошенников, подделывающих все, что с аппетитом...

Семь веков миновало с того октябрьского дня 1285 года, когда народ Парижа приветствовал 17-летнего юношу. Это был Филипп из рода Капетингов, который с соблюдением торжественного церемониала был помазан на французский престол.
Филипп IV, так он теперь мог называться, недолго демонстрировал свое королевское величество парижанам, ему нечего было им сказать. Бросив невидящий взгляд поверх ликующей толпы, он развернулся и скрылся, окруженный придворными. Если от него ждут чего-то еще, пусть это сделают те, кто находится на его службе. Он, Филипп, король божьей милостью, не станет говорить с чернью.
Филипп Красивый, названный так вскоре своими современниками, под этим именем и вошел в историю.
Филипп был отпрыском древнего рода, власть и успехи его предков на государственном поприще были весьма различного свойства. Род Капетингов три столетия вел борьбу за единство королевства. Основателем рода был Хуго Капет, правивший в 987—996 годах. В те времена в королевстве власть местных феодалов практически ничем не ограничивалась, они имели право на чеканку монет и собственные монетные дворы. Хуго в лучшем случае был первым среди равных, монеты с его изображением чеканились только в Париже и Орлеане.
С тех пор утекло много воды. После свадьбы в 1284 году 16-летнего Филиппа с Иоанной, наследницей наваррского престола (она не знала ни слова по-испански) и графиней Шампани, число его псевдонезависимых владений сократилось до четырех: Фландрия, Бретань, Аквитания и Бургундия. Филипп Красивый...

Считают, что между фальшивомонетчиком и тем, кто подделывает монеты, нет никакой разницы: все сказано самим словом. Криминалисты и нумизматы придерживаются иного мнения. Фальшивомонетничество было промыслом высокопоставленных и рядовых мошенников во времена монетного хозяйства, когда облегчался вес монет или уменьшалось содержание в них драгоценных металлов. Тем самым народному хозяйству и простым людям наносился ущерб. Позже под фальшивомонетничеством стали понижать и подделку бумажных денег.
Час изготовителей поддельных монет пробил лишь тогда, когда людям пришла в голову мысль собирать монеты разных стран и эпох. А это произошло примерно через 600 лет после того, как была отчеканена первая монета. Во всяком случае Светоний, биограф римских императоров, живший на рубеже I века н. э., упоминает, что император Август (63 г. до н. э. — 14 г. н. э.) любил в дни празднеств одаривать друзей старыми монетами. Плиний (23—79 гг.) в своей «Истории» сообщает, что фальшивые монеты вызывали большой интерес среди римских патрициев, и они охотно давали за один фальшивый денарий несколько настоящих. Вполне возможно, что такой спрос побудил римских фальшивомонетчиков, недостатка в которых не было, к расширению своих дел.
В полную силу подделыватели монет развернулись в эпоху Ренессанса, когда в кругах высшей знати модным стало коллекционирование монет, в особенности античных, и оборудование специальных «монетных» кабинетов.
Среди коллекционеров монет были и такие известнейшие личности, как...

В один из декабрьских дней 1925 года в престижном парижском ресторане «Ла рю» собрались именитые посетители: Эмануэль Нобель, племянник основателя нобелевского фонда; его братья Людвиг и Роберт, которые в свое время были крупными акционерами кавказских нефтяных промыслов; генерал Макс Гофман, бывший во время первой мировой войны начальником генерального штаба германской армии на Востоке; Шалва Карумидзе, банкир и буржуазный политик, эмигрировавший из Грузии; Спиридон Кедиа, председатель национал-демократической партии грузинских эмигрантов; сын крупного грузинского землевладельца Василий Садатирашвили, который с 1917 года проживал в Германии, и, наконец, Георг Эмиль Белл, международный шпион, который одновременно работал на британские и немецкие спецслужбы, на нефтяной концерн «Ройал датч-Шелл», а также состоял в фашистской милитаристской организации «Флаг рейха». Это избранное общество объединяла цель, которую Гофман сформулировал так: «Эти объединенные державы (Франция, Англия и Германия) должны своей совместной военной интервенцией свергнуть Советское правительство и восстановить экономически Россию в интересах английских, французских и германских экономических сил. Ценным было бы участие, прежде всего экономическое и финансовое, Соединенных Штатов Америки. При этом были бы обеспечены и гарантированы особые экономические Интересы Соединенных Штатов в русской экономической области».
Эмануэль Нобель выступил на этой конференции, защищая не только свои собственные интересы....

По поводу роли личности партизанского командарма Якова Тряпицына в истории гражданской войны на Дальнем Востоке нет установившегося однозначного мнения. Одни считают его выдающимся командиром и народным героем. Другие доказывают, что он своими жестокими анархическими действиями нанес большой вред Советской власти. Так или иначе, но Тряпицын оставил глубокий след в истории нашей страны. Напоминают о нем и выпущенные в Николаевске-на-Амуре аляповатые бумажные деньги.
29 февраля 1920 года после упорных боев партизанская армия Тряпицына вошла в Николаевск. В городе по этому поводу состоялся торжественный парад. Однако финансовое положение армии и города было тяжелым: катастрофически не хватало бумажных денежных знаков.
В связи с этим 30 апреля 1920 года на заседании Исполкома было решено: изготовить в типографии штаба Красной Армии и поручить отделению Народного (Государственного) банка выпустить в обращение разменные билеты 250-рублевого достоинства на сумму 10 790 000 рублей.
С целью ознакомления населения с принятием такого решения 2 мая в газете "Призыв" было напечатано "Обращение Исполкома о выпуске разменных билетов". В нем указывалось, что эти билеты имеют хождение наравне с государственными кредитными билетами и обязательны к приему всеми правительственными и общественными учреждениями, а также частными лицами.
Проведенный выпуск бумажных денег достоинством в 250 рублей не привел к заметному ослаблению финансового кризиса, поэтому уже через неделю на заседании Исполкома...

Перед Октябрьской революцией, Сочи, с населением в 15 000 человек, являлся не столько городом, сколько большим дачным местечком. Все коренное население города жило и кормилось вокруг приезжавших на время сезона дачников и "курсовых”. Ни фабрик, ни заводов в городе и ближайших окрестностях не было. Промышленными предприятиями являлись исключительно гостиницы, рестораны и духаны. Кроме местного населения, в окрестностях Сочи находилось около 10 000 чернорабочих, занятых на постройке Черноморской железной дороги (от Туапсе до ст. Ново-Сенаки Закавказской ж.д.).
В конце 1917 г. в Сочи начал ощущаться денежный голод. Отсутствие денег в кассах Черноморской ж.д. не позволяло выплатить зарплату железнодорожникам и рабочим. Недостаток в денежных знаках мелкого достоинства лихорадил торговлю и затруднял работу кредитно-финансовых учреждений города. Неоднократные просьбы местных властей о присылке денег оставались неудовлетворенными и поэтому, по инициативе созданного в Сочи финансового совета, стал прорабатываться проект выпуска разменных городских бон.
22 января 1918 г. состоялось внеочередное заседание сочинской городской думы под председательством Тер-Григоряна, на котором обсуждался вопрос о выпуске сочинским городским управлением денежных знаков (бон)1. Депутаты заслушали доклад финансового совета, в котором оговаривались технические стороны выпуска бон. В качестве гаранта обеспечения должны были выступить городское управление и совет рабочих и солдатских депутатов. По итогам...

Русско-немецкие деньги не пользовались популярностью у латвийского населения
Выпущенные генералом Бермондтом-Аваловым в 1919 году русско-немецкие денежные знаки являются документами, наглядно и убедительно показывающими цели и задачи, которые были поставлены перед Западной (Добровольческой) армией в боевых операциях на территории Латвии и, в перспективе, против столицы России. Орнаментально-художественное оформление этих денег полностью соответствовало авантюристическому характеру главнокомандующего Западной армией Бермондта-Авалова и его военно-политическим взглядам.
Такие были времена
В 1919 году, несмотря на Версальский договор, немецкие войска продолжали находиться в Латвии. Англия и Франция решили использовать германские соединения в качестве своей вооруженной опоры в борьбе против революции в Прибалтике. Хотя многие немецкие солдаты под влиянием революционных событий в Германии покидали фронт, довольно значительная часть бывшей кайзеровской армии в Курляндии (Латвии) находилась еще в руках генералитета. Эти войска были сведены в «железную дивизию» во главе с генералом фон дер Гольцем. Под его командованием, кроме дивизии, находились также части ландвера (немецких военных запаса) и белогвардейский отряд князя Ливена.
В отличие от планов и целей союзников в отношении Прибалтики, фон дер Гольц стремился создать здесь Балтийское государство. Весной 1919 года он сверг правительство англо-американской ориентации К. Ульманиса и организовал прогерманское правительство. В связи...

Чтобы решить проблему с наличностью, в 1918 году Одесса печатала собственные деньги
В 1917 году денежный «голод» охватил всю Россию. Особенно сильно страдали удаленные от столицы города. Не была исключением и Одесса, хотя она являлась крупным центром морской торговли и, казалось, должна была бы находиться в несколько лучшем финансовом положении, чем другие многочисленные провинциальные российские города. Однако в условиях продолжавшейся Первой мировой войны этот огромный город-порт оказался основной тыловой базой снабжения южного румынского фронта. Необходимость снабжения дефицитными деньгами города, области, а также фронта и военного округа усугубляла и без того сложное финансовое положение Одессы.
Из газетных сообщений того времени следует, что недостаток в денежных знаках стал чувствоваться в Одессе уже с лета 1917 года, но своей кульминационной точки он достиг в конце ноября — начале декабря. Так, газета «Одесская почта», вышедшая 1 декабря, сообщила о недостатке денежных знаков в частных банках, вызвавшем большую панику у одесситов и длинные очереди в банках за получением вкладов.
Накануне эмиссии
В связи со сложной финансовой обстановкой в Одессе проходили экстренные совещания руководителей финансовых организаций, и уже 12 декабря ими было принято решение об изготовлении и выпуске одесских разменных бумажных денег — бон.
«Изготовление бон для ослабления кризиса — дело решенное. В настоящее время предстоит одолеть лишь технические затруднения по выработке такого типа...

А печатали на чем придется — даже на листах из школьных тетрадей
Революция и Гражданская война создали сложнейшую политическую и экономическую ситуацию на Северном Кавказе. Войска Добровольческой армии под командованием Антона Ивановича Деникина в борьбе за «единую и неделимую Россию» беспощадно подавляли освободительное движение горцев.
Однако к середине 1918 года для борьбы с белогвардейскими армиями началось объединение горцев вокруг шейха Аварии, панисламиста Узун-Хаджи. Узун-Хаджи с небольшим отрядом горцев занял аул Ведено, являвшийся мощным укреплением, и объявил войну Деникину. Вскоре было провозглашено образование эмирата Северного Кавказа, который стал обзаводиться всеми атрибутами государства, в том числе собственными деньгами.
Создание Северо-Кавказского эмирата
В сентябре 1919 года в аул Ведено к Узун-Хаджи прибыл гонец, некий Иналук Арсанукаев Дышнинский, с грамотой якобы от турецкого султана. Личность его была весьма примечательной. Чеченец по национальности, в царской России он служил приставом — начальником полиции небольшого селения. После женитьбы на грузинской княжне Дышнинский присвоил себе титул князя. Впоследствии он стал верным соратником Узун-Хаджи в борьбе с «неверными».
В доставленной грамоте указывалось, что горцам Северного Кавказа следует создать эмират, который должен находиться под протекторатом Турции. После ряда совещаний со своими сподвижниками Узун-Хаджи, по сведениям историков, объявил о создании эмирата Северного Кавказа в качестве...