Идея организации борделей для поощрения лояльных заключённых пришла Генриху Гиммлеру во время посещения концлагеря Маутхаузен. Дома терпимости должны были повысить производительность труда в каменоломнях и на оружейных заводах.
Первый, из десяти подобных, лагерный бордель появился в концлагере Маутхаузен в июне 1942 года, позже, осенью – в KZ Гузена. В 1943 – в KZ Флоссенбюрга, Бухенвальда, Аушвитце (Освенциме), Аушвитце-Моновице, в 1944 – в Нойенгамме, Дахау, Заксенхаузене, в 1945 – в Доре-Миттельбау.
Одна из заключённых, Маргарет В., вспоминает день ее отбора для борделя: «В помещении мы должны были раздеться до гола. Туда вошла группа SS и врач лагеря Шидлаувски. Они нас осмотрели. Я слышала, как Шидлаувски произнёс, что неужели они хотят эти кости? Другой, это был комендант Бухенвальда Кох, ответил, что она хорошо сложена, мы её откормим…»
Бордель для заключённых в Бухенвальде открылся 11 июля 1943 года.
Тогда Маргарет В. было 25 лет. Вместе с 16 следующими отобранными арестантками она была переправлена из женского концлагеря Равенсбрюк в Бухенвальд к 20.000 мужским арестантам. Ее барак был огорожен колючей проволокой, к ее телу был предоставлен постоянный доступ.
Здание состояло из жилой комнаты, спальни, служебного кабинета SS, комнаты врачей и отдельных комнат для интима. Каждая комната имела свой порядковый номер, такой же получала женщина, принимающая в комнате. Маргарет В. получила «13».
Бордель работал с 19 до 22 часов. Входящие арестанты могли выбирать женщину, но сначала проходили медосмотр и получали разрешение на 15 минут половых сношений. Была разрешена только миссионерская поза. В каждой двери находилось отверстие для наблюдения и неотъемлемый надзиратель SS, следящий за точным процессом – разговоры и просто общение, без полового акта, запрещались.
Для посещения борделя арестант должен был сделать заявку и купить так называемую «Sprungkarte» стоимостью 2 рейхсмарки. Для сравнения – пачка 20-ти сигарет в столовой стоила 3 рейхсмарки. Евреям посещение борделя было запрещено. Ослабшие после трудового дня узники неохотно шли в предоставленные им Гиммлером дома терпимости. Одни – по моральным соображениям, другие – по материальным – бордельный талон можно было выгодно обменять на пропитание.
Хочешь узнать больше - читай журнал «Петербургский Коллекционер»